У Бродяги — три дочки и сын. У Дока дочка маленькая. У Люка — тоже. А моему Пашке — только два годика исполнится… Ёкарный бабай! Вот они стоят — мои друзья, без дураков друзья. Надёжные взрослые мужики. Кормильцы. Надёжа и опора своих семей, которые остались где–то там — шесть десятков лет тому вперёд! И глухая тоска пробивается через сведенные судорогой скулы Дока, кривую полугримасу–полуухмылку Люка, светится в печальных аидских глазах Бродяги, и тяжелыми каплями собирается в уголках глаз Тотена. Я понял, что горло моё опять свела непонятная судорога. Очень захотелось броситься под тент, зарыться с головой в спальник, и заплакать от подступившей из ниоткуда тоски.

Вдруг, всплывшие в голове воспоминания, заставили меня встряхнуться

-Какое число сегодня? Одиннадцатое, так они сказали?

- Да, верно — ответил мне Казак.

- Три дня назад наши сдали Минск, — упавшим голосом сказал я.

- Что? Это–то тут причём? — переспросил Фермер.

- Повторяю, три дня назад, восьмого, немцы ликвидировали минскую группировку наших. Мы — в глубоком тылу немцев. Те, кого мы с Люком поутру встретили — скорее всего, из разведбата какой–нибудь дивизии второго эшелона. Да, и ещё. Не спрашивайте меня, когда всё это закончится. Я — не знаю!

В разговор вступил Бродяга:

- Если отряд делать, то база нужна. Здесь, должны быть базы с закладками.

- Должны–то они должны, но ты координаты знаешь? — ответил Фермер. — Нет? Вот и нечего умничать.

- Саш, а у тебя из стволья, что с собой? — спросил я Бродягу, больше чтобы отвлечь его от грубого тона командира.

- Маузер, парабеллум и Кар снайперский.

- О, то, что нужно!

Друзья непонимающе уставились на меня.

- Ну, оружие то нам нужно?

- Да. — За всех ответил Док.

- А как его взять? А с этими игрушками можно на понт кого–нибудь взять, пока нормальным не разживёмся.

- И много ты напонтуешь? — спросил Док.